вот оно как бывает: http://vprokate.ru.com.
Янв
02
2017

По вражеским аэродромам

Материал с сайта oskolsait

Успеху боевых действий наземных войск много способствовали также удары штурмовой авиации по аэродромам противника. Неожиданно нападая на аэродром, уничтожая на земле самолеты, ангары, мастерские, склады горючего и боеприпасов, штурмовики прижимали авиацию противника к земле, не давали фашистским летчикам даже подняться в воздух.
Аэродромы противника находятся обычно далеко от линии фронта, и штурмовикам приходится преодолевать не только всю глубину вражеской обороны, сильно насыщенную средствами зенитной артиллерии, но и летать по глубоким тылам. Сами аэродромы к тому же охраняются истребителями. Все это осложняло действия штурмовиков. Весь расчет строился на достижении внезапности удара. Необходимо было прибегать к различным уловкам, чтобы обмануть противника.


С этой задачей наши сталинские соколы, управлявшие «илами», справились отлично.
Герою Советского Союза майору Степанову неоднократно приходилось совершать налеты на неприятельские аэродромы, в частности, в районах Харьков — Алешки и Харьков — Сокольники.
Первый из них был совершен в мае 1943 года, когда фашисты лихорадочно готовились к реваншу за Сталинград и сосредоточивали огромные средства и силы в районе Орловско — Курской дуги.
Разведка обнаружила большое скопление авиации на харьковском аэродроме. Этот узел был прикрыт сильной зенитной артиллерией, над ним постоянно патрулировали истребители Ме‑109 и ФВ‑190. Большинство немецких самолетов всегда находилось в воздухе, так как враг прикрывал свои войска на фронте.
Части, в которой находился Степанов, было приказано совершить налет на аэродром Харьков — Алешки. Командир поставил перед собой задачу: во–первых, нанести удар в тот момент, когда немецкие самолеты будут еще на своей базе; во–вторых, [46] избежать встречи с истребителями противника.
Герой Советского Союза майор Степанов вел группу «илов» под прикрытием наших истребителей. Накануне была проведена тщательная подготовка с летчиками–штурмовиками и истребителями. Каждый из них познакомился с кроками аэродрома, изучил по карте маршрут.
Ночь перед вылетом проходит в больших хлопотах. Задание очень ответственное, требующее предельного напряжения сил. Настает час вылета, и один за другим поднимаются штурмовики, ориентируясь в воздухе по аэронавигационным огням ведущих самолетов.
До линии фронта шли на большой высоте. Чтобы не потерять из виду штурмовиков, сливавшихся с темным фоном неба, истребители прикрытия держались сзади и по флангам почти на одной высоте.
Над территорией противника группа увеличила скорость, чтобы сократить время нахождения в зоне обстрела вражеской зенитной артиллерии.
Достигнув аэродрома, летчики убедились в верности поговорки: «Победу в воздухе готовь на земле». Расчет был правильным. Благодаря внезапности штурмовикам удалось метко сбросить бомбы, обстрелять реактивными снарядами и пулеметно–пушечным огнем вражеский аэродром. Каждое звено штурмовало свою цель. На земле находилось [47] 15 «Ю-88», 25 «Ме‑109» и еще с десяток каких–то других самолетов.
После такой «работы» на вражеском аэродроме осталось крошево из разбитых самолетов.
Три месяца спустя Степанову пришлось снова участвовать в налетах на этот аэродром, но уже в совершенно иной обстановке.
Потерпев поражение на Курской дуге, противник, сильно сопротивляясь, откатывался на запад. И на земле и в воздухе шли ожесточенные бои. Немцы постоянно бросали в бой новые части, в том числе и авиационные.
Задача — штурмовать аэродром — была получена поздно вечером. На рассвете группа «илов» в сопровождении истребителей направилась к цели.
Летчикам предсказывали безоблачную погоду, но у линии фронта они неожиданно попали в густую облачность. Это было как раз наруку. Наши летчики удачно использовали облака, тянувшиеся к западу от железной дороги.
Маршрут полета был выбран с таким расчетом, чтобы к аэродрому Сокольники подойти с тыла, с северо–запада, по темной стороне горизонта, а не с востока, как в первый раз, когда самолеты были ясно видны на фоне светлого неба и издали были встречены огнем зениток. И действительно, поздно обнаружив приближение группы, противник не мог вести по ней прицельного огня, а заградительного огня батарей штурмовики легко избежали.
Когда наши штурмовики подлетели к аэродрому, там уже начиналось движение. Многие вражеские самолеты рулили, некоторые стояли на старте, но большое количество их еще было сосредоточено на стоянках, особенно у ангаров с западной стороны аэродрома.
Штурмовики обрушились на противника из–за облаков, словно снег на голову. Тут самолет Ил показал [48] врагу всю мощь своего оружия. Хотя в воздух успело подняться несколько немецких истребителей, но внезапность удара позволила нашим летчикам отлично провести штурмовку. Когда атака уже закончилась, на штурмовиков набросились вражеские истребители. Плотный строй, которого держалась группа советских штурмовиков, организованный огонь воздушных стрелков и четкая, согласованная работа наших истребителей не позволили противнику причинить штурмовикам ущерб. Был поврежден только один самолет, летчик которого все же сумел дотянуть свою машину до своей базы и произвести благополучную посадку.
До полудня ни один вражеский самолет не беспокоил наши войска. Эффективность налета советских штурмовиков оказалась огромной. В Сокольниках были повреждены три ангара, многие самолеты загорелись на земле. Вражеский аэродром горел в течение нескольких часов.
Большую роль в налетах на аэродромы играла истребительная авиация, прикрывавшая действия штурмовиков. Надо прямо сказать, что именно согласованные действия штурмовиков и истребителей позволяли успешно совершать налеты на аэродромы врага.
Чем быстрее и решительнее шло наше наступление, тем меньше самолетов оставалось у врага. Удары нашей авиации по аэродромам неприятеля с каждым днем нарастали. Так, при взятии Кенигсберга сыграл свою роль умелый удар штурмовиков по аэродрому Нейтиф, нанесенный группами «илов», одну из которых вел Герой Советского Союза гвардии майор Макаров. Дело было так.
К цели самолеты подошли с юга через залив Фришгоф. Когда аэродром стал виден, две ударные группы штурмовиков понеслись вперед на большой скорости, а третья открыла огонь по зенитным [49] точкам, находившимся поблизости от крепости Пиллау. Что касается зениток, то они не могли причинить серьезных помех, так как сами попали под обстрел «илов».
Огонь из пушек и пулеметов, бомбовые удары, штурмовые атаки следовали друг за другом. Постепенно «илы» перешли на бреющий полет. Этот маневр помешал вражеской зенитной артиллерии вести по нашим самолетам прицельный огонь.
После шести заходов на аэродроме было уничтожено 13 самолетов ФВ‑190 и Ме‑109, разрушено два ангара, несколько аэродромных построек, бетонированная полоса взлетного поля. По сигналу ведущего штурмовики под прикрытием истребителей ушли от цели через залив Фришгоф.
Истребители противника ни с этого аэродрома, ни с соседнего подняться не смогли, так как там в это время действовали другие группы «илов». В трудных условиях совершил успешный налет на аэродром дважды Герой Советского Союза капитан Ефимов.
На подступах к Данцигу немцы оказывали упорное сопротивление нашим наступающим войскам. День и ночь шли ожесточенные бои. Каждый метр земли, каждый дом брался с бою. Данциг, блокированный Советской Армией, был прикрыт сильной системой противовоздушной обороны. Несмотря на близость линии фронта, аэродром Легштрисс [50] продолжал действовать. Самолеты рассредоточивались далеко за пределами рабочего поля — между ангарами, домами. Иногда немцы отруливали самолеты по шоссейной дороге к городу и укрывали их между зданиями.
— Однажды я повел группу «илов» на штурмовку артиллерийско–минометных позиций и скопления техники противника в районе Олива, — вспоминает капитан Ефимов. — Но уже в воздухе я получил новое задание: нанести удар по аэродрому Легштрисс. Как потом стало известно по поступившим сведениям разведки, задание мы это получили потому, что там находилось в это время много самолетов, которые немцы намеревались перебазировать. В ангарах велась подготовка к погрузке разобранных самолетов на баржи.
Линию фронта мы пересекли с повышенной скоростью. Немцы, привыкнув к меньшей скорости «илов», просчитались, и разрывы зенитных снарядов оказались позади нас. Весь путь до цели мы прошли под сильным зенитным обстрелом. На аэродроме зенитная артиллерия встретила было нас огнем, но на втором заходе мы заставили ее замолчать. Затем группа начала штурмовку аэродрома. Вражеские самолеты были рассредоточены, и каждому из нас приходилось самому выбирать себе цель. После трех заходов мы взяли курс на центр Данцига. Немцы не ожидали такого маневра и в [51] первый момент прекратили огонь. Мы же, не дойдя двух километров до центра, резко изменили курс и без потерь ушли на свою базу.
Результатами полета мы были довольны. На аэродроме Легштрисс было сожжено 14 самолетов и ангар, в котором находилось еще 20 самолетов, подготовленных к эвакуации.

Автор: adminРубрика: Бомбардировщики |

Отзывов нет

RSS-лента комментариев к этой записи.

Комментарии закрыты.